В Мадриде состоялась встреча ведущих мировых экспертов в области энергетики, организованная фондом Naturgy и бизнес-школой IESE. В рамках цикла Energy Prospectives участники обсудили, как новый геополитический ландшафт меняет подходы к энергетическому переходу в Европе. Ключевой темой дискуссии стала безопасность поставок, которая, по мнению аналитиков, теперь определяет инвестиционные решения и стратегические приоритеты государств.
Известный аналитик и бывший редактор отдела энергетики журнала The Economist Виджай В. Вайтхишваран назвал конфликт вокруг Ормузского пролива «крупнейшим энергетическим шоком новейшей истории». По его словам, этот эпизод заставляет полностью пересмотреть глобальную энергетическую повестку. При этом наибольшие последствия кризиса ощутили не Европа или Америка, а Восточная Африка, Южная Азия, Юго-Восточная Азия и Китай. Именно страны с наименьшими ресурсами пострадали от перебоев с поставками топлива через пролив. «Главный вопрос сейчас — когда мы вернемся к нормальной ситуации», — предупредил эксперт, подчеркнув, что энергетическая уязвимость стала фактором, сдерживающим развитие наиболее хрупких экономик мира.
Вопреки распространенному нарративу о стремительном росте возобновляемой энергетики, Вайтхишваран напомнил, что около 80% мирового потребления энергии по-прежнему обеспечивается ископаемым топливом. Глобальная экономика продолжает опираться на него, несмотря на достижения последних десятилетий. При этом, с поправкой на инфляцию, цены на нефть остаются относительно низкими по сравнению с предыдущими крупными кризисами. Многие эксперты считают, что система продемонстрировала гораздо более высокую устойчивость, чем в 1970-х годах.
Помимо конъюнктурных кризисов, аналитик описал структурную трансформацию, движимую пятью основными тенденциями: энергетической безопасностью, электрификацией, инновациями, декарбонизацией и цифровизацией. Эти силы будут определять развитие сектора в ближайшее десятилетие. «Мы перешли от этапа, когда главной проблемой было изменение климата, к этапу, когда безопасность поставок будет определять инвестиции и стратегические решения», — резюмировал Вайтхишваран. Он отметил, что повышенное внимание к безопасности не противоречит ускорению перехода к более чистым источникам энергии, а наоборот, усиливает его. В качестве примера он привел экспоненциальный рост альтернативных технологий и столь же стремительное снижение их стоимости. Солнечная энергия за последние пять лет продвинулась дальше, чем за предыдущие пятнадцать, хотя проблемы прерывистости генерации и хранения энергии остаются.
Кристофер Джонс, профессор Флорентийской школы регулирования и бывший заместитель генерального директора по энергетике Европейской комиссии, сосредоточился на реакции Евросоюза на новый международный контекст. Он проанализировал основные климатические политики последних лет и поставил под сомнение актуальность «Зеленого курса» в условиях, кардинально отличающихся от тех, в которых он разрабатывался. Джонс напомнил, что Климатический закон ЕС предусматривает сокращение выбросов на 55% к 2030 году по сравнению с 2009 годом и на 90% к 2040 году. Достижение этих целей требует полной декарбонизации промышленности, электроэнергетики и почти всего транспорта, в то время как остальной мир отходит от таких приоритетов.
Эксперт предупредил, что на долю ЕС приходится лишь около 6% глобальных выбросов, и эта доля продолжает снижаться. За редкими исключениями, ни один регион не устанавливает цену на углерод выше 40 долларов, что ставит европейскую промышленность в явно невыгодное конкурентное положение. Для достижения сокращения на 90%, по расчетам Джонса, цена на углерод должна вырасти до 180–240 долларов за тонну. «Главный вопрос — готовы ли мы принять те издержки, которые это повлечет как для граждан, так и для промышленности», — заявил он.
Профессор также указал на физические ограничения электрификации: во многих странах сети не способны интегрировать дополнительные объемы возобновляемой генерации. Еврокомиссия прогнозирует инвестиции в размере около 500 миллиардов долларов в ближайшее десятилетие и до триллиона долларов в перспективе 15–20 лет для модернизации инфраструктуры. В области торговой политики Джонс упомянул новые инструменты для защиты промышленности в рамках правил Всемирной торговой организации. Среди них — Закон о промышленности с нулевыми выбросами, Закон об ускорении промышленного развития и Регламент об иностранных субсидиях, направленные на снижение давления со стороны Китая. Эти меры будут способствовать использованию стратегических технологий европейского производства в государственных закупках, которые составляют около 15% ВВП Европы. По мнению эксперта, это станет решающим рычагом для поддержания конкурентоспособности континента.
Третьим столпом Джонс назвал социальное и климатическое управление, стандарты которого стремятся стать международным ориентиром. Однако он предупредил, что нынешняя европейская политика во многом по-прежнему отвечает условиям мира, каким он был в 2009 году. На открытии конференции президент фонда Naturgy Рафаэль Вильясека подчеркнул, что «эти сессии имеют фундаментальное значение в момент, когда неопределенность заставляет нас продолжать размышлять».
